Однажды мама двух необыкновенных юных художников спросила меня:

- Оля, ты любишь дома?

Я задумалась. А ведь если человек однажды задумался, если вопрос удивил его,

то он запомнит это размышление и будет к нему возвращаться, не так ли?

- Ннет. Вообще, нет.

- Странно... А мне кажется, что в каждом доме за занавесками окон

течет чья-то жизнь, дома смотрят на нас вечером своими светлыми и теплыми глазами...

 

Нет. Я не любила дома. Это было в 2006, я год как училась рисовать. Меня интересовало краеведение и родной мой Нижний Новгород, интересовали погибшие дома и уцелевшие, но только исторически. А визуально... Духовно... Я была к ним равнодушна. 

Я хотела рисовать иллюстрации к книгам и мультфильмы, это меня увлекало куда больше.

А в 2002 я оказалась художником в мультфильме, но поручили мне, посмотрев на мою иллюстративную графику, фоны. Пейзажи в черно-белой графике пером и тушью. Там я познакомилась со "звездочкой", пером номер одиннадцать, и сорок первым гибким тонким перышком и два года с утра до вечера рисовала горы, деревья, цветы и даже интерьеры.

Графическая обработка фона к полнометражному анимационному фильму "Незнайка и Баррабасс" студии "Ф.А.Ф."(30*40см), 2004г.

 

Но меня это, как ни странно, не увлекло до такой степени, чтобы продолжить работать пером дома.

В 2011 наша семья впервые оказалась в Словении, и вот Любляна произвела на меня столь сильное впечатление своей архитектурой, что я, будучи на тот момент уже двухдетной, схватив в магазине первый попавшийся инструмент и первый попавшийся блокнот, очертя голову бросилась в городские зарисовки.

Первый словенский пейзаж, А4. Шкофья Лока, 2011г.

Сначала все шло не так просто и не так завитушчато. Я больше думала о построении и у меня был не очень тогда удобный для меня формат блокнота, А4. Неудобство было в том, что если работать на коленях, то лист надо держать вертикально, иначе он не попадает в поле зрения полностью и велика опасность перспективных погрешностей. Однако с первой работы, выполненной в городке Шкофья Лока, началась моя внезапная и очень сильная любовь к изображению архитектурных сооружений.

Одна из первых словенских зарисовок, А5, 2011г.

 

Первый год был стилистически неравномерным. Работы были длительными, часто фрагментарными, часто перегруженными штриховкой. Мне приходилось долго слоняться по городу, чтобы выбрать укромное место, потому что тогда еще я замечала людей вокруг. В общем, выработка в день у меня была 2-3 работы, при этом пленэрить ежедневно я тогда еще не могла себе позволить, потому что младшей девочке было всего полтора года, она была на грудном вскармливании и надолго меня не отпускала.

Одна из первых словенских зарисовок, А4, 2011г.

И все-таки полтора месяца я провела на тот момент довольно плодотворно. Кажется, у меня получилось порядка пятидесяти работ и я была собой горда. Сейчас это вызывает у меня улыбку, потому что поездка в Калининград на 8 дней с той же девочкой, которой было уже пять, принесла 56 рисунков более высокого уровня, и это учитывая переезды с место на место по области. Но начинается все у всех прозаичнее. 

Одна из работ первого года, трехчасовая, А5, 2011г.

В начале августа мы вернулись в Москву, я ездила в Нижний, я видела много домов, но сделала всего пару картинок. Мне не хватало Словении, только она меня вдохновляла. 

Дом на Линде, где мы гостили в 2011г, А4.

Летом 2012 мы снова оказались в Любляне и провели там два месяца. В общем-то, я стала посмелее и пошустрее, вместе с тем появилось много откровенно бракованных работ, которые я позже не включала в свои серии открыток и сборники. Но лучше нарисовать много смелых работ, часть из которых уйдет в корзину, чем топтаться на одном и том же этапе с парой-тройкой "серьезных" рисунков, так я решила для себя и стала марать блокнотик.

Любляна 2012, А5.

 

У меня была все та же случайная ручка и такой же, как в первое лето, блокнот, но уже удобного мне формата А5. И рисовала я больше. К концу поездки этот скетчбук был полностью изрисован, и это было нечто знаковое для меня.

Любляна - 2012, А5.

Но вернувшись в Москву, я сделала робкую попытку пленэра, которая окончилась в ресторане "Генацвале" на Арбате. Там я нарисовала два интерьера, еще изобразила высотку на Кудринской, завалив ей шпиль, а также Дом пионеров на Пресне. И как-то "ничего больше не успела".

Москва, ресторан "Генацвале", 2012. А4.

В нижегородской поездке тоже пять картинок, - и тишина...

Нижний Новгород 2012, А5.

И пришел год 2013, переломный. Я снова ждала Словении, и я ее получила. И получила Италии чуть-чуть. И 90 дней для пленэра. И не помешал мне ни восьмимесячный ребенок в слинге, ни девочка трех с половиной лет, ни уж тем более шестилетний мальчик. Но главное, я начала внезапно видеть натуру, которая меня вдохновляет, везде. И мне не надо было отдавать детей отцу, чтобы рисовать, потому что всегда можно было их чем-то занять, и я выбирала места, ориентируясь на них, а ребенок младший мог находиться в слинге впереди, на спине, мог быть в коляске или даже ползать вокруг, если это было безопасно. Оказалось, что рисовать пять- семь картинок в день при наличии двух детей без помощников на пленэре  вполне возможно, а с тремя одновременно я рисовала меньше просто потому, что с тремя я была уже с мужем, и он всегда их занимал или следил за ними, если мы были вместе.

Один из рисунков, выполненных стоя, с восьмимесячным ребенком на спине в слинге и шестилеткой с блокнотом на тротуаре, по дороге к парку. А6. 2013г.

И вот, вернувшись домой, я вдруг увидела Москву совсем другими глазами. Это была Москва необычаяная, в которой здания через одно, через два,  требовали, чтобы я их нарисовала. А ведь уже сентябрело... Я оставила детишек и стала на часик-полтора отлучаться, дольше не могла, малышке был год и она нуждалась в груди. Далеко не отойдешь, а теплых дней жалко. И я успела до холодов изобразить 45 пресненских видов. Зимой вышел мой первый  тираж открытой, 200 наборов, с Пресней, и это было хорошим началом. 

Москва - 2013, А5.

Летом 2014 мы никуда не поехали, я просто не хотела покидать Москву. Я ждала тепла, чтобы в нее вцепиться своим пером и уже не отпускать до осени. Так были созданы еще полторы сотни московских видов.

Москва 2014, А5.

Пленэр 2015 у меня начался с Кипра, Пафоса. Я провела там две последних зимних недели с двумя своими девочками, мальчик старший учился в первом классе и я их с папой оставила в Москве. Рисовала я не очень много, но все же серия работ у меня есть. Было как-то то холодно, то ветренно, то далеко, в общем, вопрос самоорганизации подкачал. Но этот пленэр был другим, это был первый цветной планэр. Эти работы я делала экспериментальным способом, - у меня появилась перьевая ручка с водостойкими чернилами, которую я нежно с тех пор люблю.

Кипр, Пафос - 2015, А5.

С середины апреля по середину июля 2015 я рисовала цветную Словению, ее сельскую часть, Посавье, округ Брежице. Это был новый цветной опыт для меня, и именно это рисование нон-стоп дало мне большую аудиторию в инстаграме.

С 10 июля и до окончания пленэрных погод я успела нарисовать не одну сотню российских работ. Я посетила Нижний, сделав там 24 работы за пять дней, потом Томск, нарисовав за четыре дня 29 видов, потом Калининград и область, истратив аж целый скетчбук, и, конечно же, я успела насладиться Москвой.

Москва 2015, А5.

Дальше продолжать уже, наверное, и не стоит этот рассказ. Мне стало легко рисовать, легко организовывать себя. Не знаю, что повлияло на это в большей степени, - нагрузка на руку,  режим, количество, а может, просто мне стало жалко, что уходит время, ведь пленэр- дело в России сезонное, а по миру с русскими детками много не поездишь, скоро и вторая моя девочка станет школьницей. А куда я без них?

 

И вот я рисую там, где это представляется возможным. В 2016 начала с середины января, в Словении, где провела месяц. Было зябко и я гуляла с трехлеткой и шестилеткой без помощников, но все-таки серию сараев вокруг нашего дома я привезла. В Москве с февраля до середины апреля успела совсем чуть-чуть попленэрить, рука замерзала. 

Словения в январе 2016, А5.

Сейчас я пишу из Пятигорска. Мы тут всей семьей и я надеюсь много нарисовать, потому что красивые архитектурные виды просто перехватывают мое дыхание, и это в прямом смысле слова. Мы тут третий день, но я пока разрисовываюсь, всего одиннадцать видов, два из них в цвете. Просто потому, что дождит...

Пятигорск - 2016, А5.

Я не знаю, как будет дальше, что меня ждет в городской графике, но она мне очень нравится, она дает мне силы, потому что, наверное, я в больше степени кинестетик, чем визуал. Я люблю прикасаться к предметам, чтобы почувствовать их, мне недостаточно просто смотреть на них, даже если они очень красивы и не обязательно ими обладать, но ощупывать их... И я рисую. А ведь здания- их не потрогаешь, не пересчитаешь каждый камешек на фасаде, не заглянешь в каждое окошко и не проведешь пальцами по стеклам.

И вдруг я ощутила, как сильно я завишу от такого рисования, как много оно мне дает. Я много лет пыталась бороться с тем, что мне было дано, с линией, с завитком, со стилизацией, мне хотелось быть упрямым реалистом и писать акварелью пейзажи и натюрморты. И спасибо милой Словении, что открыла мне глаза на то, чего мне не хватало чисто психологически: на дома. На миры, которые за внешней их оболочкой сокрыты. На их красивые лица, которые я рисую в фас или в профиль. И, наверное, бесполезно бороться с детализацией, которой было много во все мои учебные периоды и никто не смог ее выжить из моих рисунков. Мне важны окна, важны фактуры, важны орнаменты и жизнь под козырьками крыш. 

Иногда мне говорят, что я должна населять их какими-то существами, потому что зрителю будет это интереснее. Наверное, зритель прав. Но это должно стать новым этапом, а пока - жизнь и история городов, новая и старая, в стилях и при полной эклектике, - в моих рисунках.

22.04.2016, Пятигорск.