День третий. Живая линия.

- У тебя статичные рисунки. Тебе нужно смотреть Битструпа до боли в глазах! - сказал мне режиссер и мультипликатор Александр Татарский, с которого и началась моя Москва...

С тех пор я не могу не упоминать его. Именно до боли в глазах нужно смотреть его комиксы.

Этот датчанин был в советское время очень популярен у нас в стране. Его книги чсто переиздавались, хотя творчество его насчитывает всего лишь пять тысяч рисунков. Вспомните Надю, которая успела создать более двенадцати тысяч.

Впрочем, их нельзя сравнивать. Романтично настроенный ребенок и взрослый дядя- сатирик, обличающий пороки человека и власти. 

Но когда мы интересуемся набросками, мы должны знать такие имена. Должны вдохновляться рисунками такого уровня. 

Херлуф Битструп рисовал преимущественно истории, которые рассказывали сами себя. Без слов, без реплик, без описаний. В этом сила рисунка- уметь сказать все о себе, выразить эмоцию, заставить рассмеяться, если речь о чем-то смешном или загрустить, если о грустном. Словом, - влиять на эмоциональную сферу человека. Битструпу это удавалось. Легким росчерком пера он изображает гнев и радость, оперирует контрастными выразительными средствами: линией и пятном, работает также на контрасте персонажей: толстый и тонкий, гладкий и шершавый. Но если вы пройдете по ссылке, то увидите, что любимым его выразительным средством была именно линия. Надо сказать, несмотря на некоторый процент художников- линейщиков, встретить действительно сильного художника, не прибегающего к пятну или прибегающего к нему редко, сложно, ибо пятно априори сильнее линии. И все-таки Битструп именно такой.

Поэтому обязательно просмотрите его работы. Смотрите, пока не устанете смотреть. А лучше приобретите его книги, они и сейчас продаются, у букинистов и среди современных изданий. Смотрите когда грустно, чтобы улыбнуться, смотрите, когда ищете секретов мастерства. И вы найдете их. Ваш глаз вычленит что-то такое неуловимое, что делает Битструпа понятным, а его работы - в высшей степени выразительными и динамичными.

Интересно, что рисунки Битструпа, в основном, нарисованы стабильной линией. Совсем стабильной или с легким флексом. Подозреваю, что рисовал он перьевой ручкой, они как раз выпускались в те времена с гибким пером, помогающим менять толщину линии при выписывании красивых каллиграфических писем, и со стабильным, - для быстрого письма и скорописи. Так вот, в рисунках этого художника я вижу как линию флекс, так и стабильну, быструю, линию. Но есть у него и не совсем характерные рисунки.

В этом рисунке, возможно, даже не перо, а палочка с тушью, бывает и такой инструмент. Или сухая кисть с тушью. Линия живая, но закономерности, почему художник сделал именно так, найти сложно, и потому рисунок дробится. Гораздо более цельно смотрятся его рисунки, изображенные более стабильной линией.

Но ведь мы до сих пор не говорили с вами о линии. Что она такое, откуда она взялась? 

А ведь линия- это выдуманное человеком выразительное средство. даже ребенком, а не взрослым придуманное, рожденное в мозге каждого из нас. В два года, когда мы нарисовали первого головонога, так мы изображали объект, который видим. Так и сейчас, линиями мы обозначаем на самом-то деле пятна. светлые на темном и темные на светлом. Все, что мы видим. Объекты. И линий в природе нет на самом деле, они есть только в нашем воображении.

А как использую живую линию другие художники?

ну, во-первых, это тот способ изображения, который позволяет моделировать пространство линией, создавая обманку. С одной стороны, обманка уже в самой линии, потому как линий в природе не существуют, это только границы пятен, и, следовательно, игнорируя пятна, а работая линиями только, мы, стремясь передать глубину пространства, можем исхитриться и показать что-то просто изменением толщины, делая линию воздушной, тонкой, утопающей в глубине листа.

Нет общего правила, по которому работала бы живая линия, но контраст ее толщины будет задавать эффект приближения или удаления, будет прижимать к земле, создавая эффект более четкого пятна.

 

 

По-хорошему, дальнего зверя бы посветлее, линию бы по хребту потоньше, да? А Ватагин нарочито черный контур делает, рыхлый, как медвежья шерсть. А у Багиры все по правилам: спинка тонкой линией, хвост, пластичный, тонкий, наверху нитяной линией, а по низу линия заиграла... И под брюхом почти мазок, а не линия, и на лапах. Все четко, где тень, там и темно. 

 

А лев какой? У него и пятна какие-то линейные, как будто это даже не штриховка, а вот просто набор живых линий! А хвост, а? И тоже четко по светотени играет и живет линия.

 

Чем больше контрастируют между собой свет и тень, тем больше эффект освещения. Вот верблюд, может, и рисовался-то в зоопарке, а кажется, будто он в пустыне, где равномерный фон песка, светлого, отражающего ярчайшее солнце... Где глубокие тени и тончайшие контуры спин...

 

Или Серов.

 

 

Линия пропадает и снова появляется, как бы растворяя в воздухе всю эту грациозную, вероятно, очень подвижную, красавицу.

Получается, что линия также управляет нашими эмоциями, а не строго рисует физику вещей.

У Серова, вообще, линия виртуозна и чувственна. Она и в лицах, которые почти живописны, благодаря ее чуткости, и в одеждах, которые угадываются даже по материалу, которые точны по пластике в складках.

 

Яркий направленный, "театральный" свет на теле Иды Рубинштейн. Удивительно, что рисунок кажется тональным, а тело объемным, хотя этого и нет, это совершенно плоский рисунок, просто в нем линия, как основное выразительное средство, работает во всю свою силу.

 

Федор Малявин. Экспрессивный, яркий художник. И яркие контрасты его живой линии.

 

 

Почти не нарисован ребенок, он исчез, так тонка паутинка линий. Но мы его видим, мы хорошо воспринимаем этот рисунок, признавая его в достаточной степени выразительным.

 

Живость линий у Малявина - это чередование волосяных и толстых, проведенных карандашом плашмя. Удивительно, как этот живописец решает в своих картинах все цветом, его выразительной составляющей, в то время как в набросках вместо тона ему близка линия вместо пятна. Он как будто нарочно избегает тональных решений.

 

А есть ли такие упражнения, спросите вы меня, чтобы, как у каллиграфов, стала рука послушной, чтобы линия поддавалась и сохраняла эластичность, чтобы слушалась и была идеальной? А нет таких упражнений. Есть наблюдательность, и она развивается в наброске. В линейном она приводит к живости, но живость эта не от ума идет, а от характера и натуры в целом. Потому и наброски разные у всех. И каждый художник не линию ищет. Он образы сохраняет в памяти, рисуя наброски. А линия приходит, и притом, она у каждого своя.

 

Линия получается при нажатии на гибкое перо, при разведении кончиков, оно дает более широкую линию. При аккуратном нажатии на круглую кисть, она дает мазок, который можно продлить в расширяющуюся линию. Карандашом и мягим материалом, таким, как уголек или сангина, надо работать плашмя, меняя угол инструмента по отношению к бумаге. Вы сами попробуйте свои линии и примените так, как посчитаете правильным. Так и родится только ваша, живая, линия.

На сегодня - снова наброски по 2-3 минуты, тема рисования на этот раз - кресла и диваны. Можно стулья, можно шкафы. Можно выйти за пределы темы, лишь бы было вам интересно. 

Попробуйте обозначать тень более толстой линией. Попробуйте безотрывную живую линию. Попробуйте как-то по-своему. 

Одно напоминаю: пятно мы пока не делаем. Никакое. Ни маленькое, ни крупное. Только линии. 

P.S. Пока я не подключаю Алексея к работе, думаю, что он сможет нам помочь на неделе пятна, либо же ответит в каких-то конкретных ситцуациях. Пожалуйста, если у вас есть вопросы, по курсу или нет, - пишите. Группа у нас очень маленькая и есть возможность отвечать вам. всем и обо всем. Спасибо за обратную связь!